Кобель российской армии. Как служебных собак готовят к опасным заданиям?

Служебные собаки уходят на пенсию в восемь лет.

Каждый, кто служил в армии, на всю жизнь запомнил хотя бы одну фразу из Устава: «Услышав лай караульных собак, часовой обязан немедленно сообщить об этом в караульное помещение».

Корреспонденту «АиФ» удалось побывать в воинской части, где тех самых собак учат лаять по уставу.

В Российской армии каких только частей нет, но эта на самом деле уникальна. Хотя бы потому, что собак в ней служит больше, чем солдат. Это 470-й Учебный центр служебного собаководства Вооружённых сил РФ в Дмитровском районе Москов­ской области.

Армейские будни Акая. Как работают пес-спасатель и его наставник

Хвостатые герои

Часть была основана почти 95 лет назад, в августе 1924 г. С тех пор она сменила много названий, была даже Центральной школой собаководства и голубеводства. Сперва здесь готовили караульных собак, потом добавились хвостатые связисты, которые носили донесения в карманах специальных ошейников или разматывали по полю боя катушки с телефонным кабелем. В 1930 г. появилась танкоподрывная служба, потом минно-разыскная. Но наи­большее количество «лохматых красноармейцев» в годы войны потребовала ездово-санитарная служба. Четыре дрессированные собаки без особого труда могли довезти тяжелораненого бойца с передовой до госпиталя. Зимой на санях, летом на колёсной тележке. За войну таким способом было эвакуировано примерно 680 тыс. солдат.

Связист Рекс за время службы доставил 1649 донесений. За один день он трижды переплыл Днепр. Колли Дик сумел обнаружить 12 тыс. вражеских мин. В том числе двухтонный фугас с часовым механизмом, спрятанный немцами за час до взрыва в фундаменте Павловского дворца под Ленин­градом. Овчарка Дина пустила под откос 10 вагонов вражеского эшелона и осталась жива. Трюк, которому её обучила дрессировщица, до сих пор демонстрируют в 470-м центре на показательных выступлениях. Собака приносит к насыпи железной дороги вьюк со взрывчаткой, скидывает его со спины, зубами выдёргивает чеку капсюля-воспламенителя и убегает под заслуженные аплодисменты.

Собачья работа

Сейчас собак в 470-м центре готовят только по двум специальностям: караульная и минно-разыскная служба. Если у пса преобладает активная оборонительная реакция, ему прямая дорога в караульные. Таких учат по полгода, развивая смелость, злоб­ность и недоверие к чужакам. Если преобладает пищевая или игровая реакция, собаку можно обучить поиску мин. Учат так: сначала на мину кладут вкусняшку, и хвостатый сапёр с удовольствием ищет её. Позднее запах взрывчатки замещает в собачьем мозге запах лакомства. Таким образом можно научить собаку запоминать десятки запахов различной взрывчатки: тол, тротил, гексоген, аммонал… Во время поиска мин собака-сапёр передвигается зигзагом наподобие латинской S и пронюхивает (специфический термин кинологов) по полтора метра в каждую сторону и на 2 метра в глубину. На поиск взрывчатки натаскивают по году.

Четвероногие бойцы. Подвиги служебных собак в годы войны

Сучки с темпераментом

Щенки попадают в учебный центр двумя путями: из собст­венного питомника «Красная звезда» или из гражданских питомников по госконтрактам. Дет­ство у тех и у других кончается в полгода, когда их переводят в учебные подразделения. Там каждому щенку подбирают вожатого. Как правило, это солдаты-призывники, только что прошедшие курс молодого бойца и принявшие присягу. То есть такие же новички в своём деле, как и их четырёхлапые коллеги. В последнее время, правда, сюда присылают всё больше контрактников. Их целенаправленно готовят к работе с собаками в горячих точках, куда призывников отправлять запрещено. И те и другие хорошо показали себя при разминировании Пальмиры и Алеппо в составе Международного противоминного центра.

«Правильно совместить собаку и вожатого не так уж просто, – говорит командир роты 470-го центра старший лейтенант Владимир Ковалёв. – У собак, как и у людей, тоже 4 темперамента – это всем известные холерики, сангвиники, флегматики и меланхолики. Проблема в чём: собачке-холерику нельзя давать в вожатые излишне стеснительного человека или человека с замедленной реакцией – возникнет конфликт, который может развиться вплоть до абсурдной ситуации, когда в паре собака – вожатый начнёт доминировать собака. Вот этой «дрессировки дрессировщика» допускать нельзя – им надо общее дело делать, а не выяснять, кто главнее. А вообще собаки – как люди, все разные. Одна служит только за еду, другую колбасой не корми – дай после работы поиграть».

После завершения совместного обучения бойцы сдают выпускной экзамен, а их лохматые питомцы – итоговое испытание. Его, как и у людей, можно пройти на «отлично», «хорошо» и «удовлетворительно». Несдавшие остаются в части на «второй собачий год». Сдавшие разъезжаются со свои­ми вожатыми по гарнизонам – от Западного военного округа до Камчатки.

В разные годы в «Красной звезде» вывели 3 породы: русский чёрный терьер, московская сторожевая и московский водолаз. Но служит в части и масса других. Немецкая овчарка хорошо дрессируется, подходит для всех видов службы. Среднеазиатскую или кавказскую овчарку не используют для поиска мин, зато для охраны они идеальны. Лабрадоров, наоборот, не берут в караульные – им по породе не положено проявлять агрессивность. А вот от пола собак их пригодность к службе совершенно не зависит. Бывают и кобели трусливые, как суки, и суки отважные, как кобели.

После 8 лет службы собаки «уходят на дембель», который на официальном языке называется выбраковкой по акту. Как правило, таких ветеранов забирает домой последний вожатый. Или в местной газете появляется объявление: «Воинская часть даром отдаст в хорошие руки обученную овчарку. Кто мечтает о воспитанной умной собаке, звоните по телефону…»

Источник